Category: литература

valina

Лондон времён Шерлока Холмса

Постоянные читатели моего блога знают о моей давней любви к историям о Шерлоке Холмсе, знакомство с которыми началось у меня лет с десяти. Недавно британские СМИ сообщили о том, что в Шотландии найден неизвестный доселе рассказ Артура Конан Дойла о знаменитом сыщике. И я вспомнил, что так до сих пор и не рассказал вам о замечательной выставке, которая сейчас идёт в Музее Лондона.

sh_title

Для выставки придумали прекрасный слоган "Человек, который никогда не жил и который никогда не умрёт", а в дополнение к ней организовали множество всяких дополнительных событий - от возможности разгадать преступление до мастер-класса по тренировке памяти. Я в итоге провел в общей сложности там часа три, не меньше, и уходить не хотелось.

За образами знаменитых героев книг Конан Дойла, которые к тому же претерпели множество киновоплощений, и сюжетами самих произведений зачастую теряется еще один главный герой рассказов и романов - викторианский и георгианский Лондон, столица великой империи, на рубеже веков еще правившей миром.

Именно из книг о Шерлоке Холмсе я впервые узнал о многих лондонских реалиях - вокзалах Паддингтон и Чаринг-кросс, улицах Стрэнд и Пэлл Мэлл, оперном театре Ковент-гарден и концертном зале Кадоган-холл. Маленькие кусочки огромного паззла лондонской жизни с ее кэбами, газовыми фонарями, передовицей "Таймс", которую "ни с чем невозможно спутать", соверенами и гинеями, седлом барашка и рождественским гусём были разбросаны по текстам и служили неповторимым фоном для захватывающих приключений Холмса и Ватсона.

Уже учась в университете и наконец приобретя полное собрание сочинений о Холмсе на русском и на английском, я даже порывался написать какую-нибудь работу о викторианском Лондоне на страницах произведений Конан Дойла. И даже начал что-то подчёркивать и выписывать, но беллетристика не была в почёте в университетской программе и пришлось этот план забросить.

И вот теперь вдруг весь этот паззл, но на совершенно ином уровне, вновь предстал передо мной на выставке в Музее Лондона. Здесь можно "проехать" в современном такси по маршрутам следования героев в разных рассказах. Можно исследовать рождественские открытки и рекламные проспекты конца 19 - начала 20 веков. Узнать, что напротив собора Святого Павла находилась именитая зубоврачебная клиника, уже тогда лечившая с гарантией на пять лет. Понять, насколько революционными были только что появившиеся технологии машинописи, дактилоскопии, телефонной связи. Не обойти вниманием и богемно-модные привычки того времени, включая употребление опиума и морфия, которые классифицировались тогда несколько иначе, чем сейчас.

И на протяжении всего пребывания за нами словно неотступно следует тень Холмса, который действительно бессмертен, и даже катарсис Рейхенбахского водопада, через который проходят все посетители перед выходом, не способен победить этот дух.

Collapse )

В общем, выставка работает до 12 апреля, кто еще не успел - спешите! Ну а мне сегодня наконец пришли с Амазона две книжки про Лондон времен Холмса (одна из них как раз основана на материалах выставки). Так что раз уж не довелось ничего написать про его Лондон, буду читать, что написали другие.

sh_books
v_dumah

102% налогов для Астрид Линдгрен - такое не снилось Жерару Депардье

А вообще, а вообще, вся эта история с Депардье, вернее не вся, а ее причинная часть (о следственной уже высказались слишком многие) напомнила мне историю почти 40-летней давности в другой социалистически-ориентированной капиталистической стране - Швеции.

Всемирно известная писательница Астрид Линдгрен вдруг обнаружила, что ей надлежит заплатить государству 102% налогов! Но Астрид - она на то и Астрид, чтобы не уезжать в Норвегию и уж тем более в СССР, а взять и обличить эту нелепую ситуацию тем оружием, которым она владела лучше всех - печатным словом.

Так появился аллегорический памфлет "Pomperipossa i Monismanien" ("Помперипосса в Деньголандии"), опубликованный в газете Expressen (читающие по-шведски - см.скан по ссылке) и положивший начало дебатам о реформе налоговой системы в Швеции, а также последовавшему за этим первому за много лет проигрышу шведских социал-демократов на выборах.

Вот такая сказочка. А вы: "Депардье, Депардье"...
phone_booth

Диккенсовский Лондон

Политические и околополитические баталии кипят нешуточные и в Москве, и в Лондоне. Предыдущий мой пост был о выборах и их последствиях, следующий (в свете намеченных на пятницу и субботу в Лондоне демонстраций) будет, видимо, о том же.

А в образовавшейся маленькой паузе мне хочется немного поговорить о вечном. А именно, о книгах и о Лондоне. Тем более, что повод есть - сегодня в моем любимом Музее Лондона открывается выставка "Диккенс и Лондон" о тайных и явных личных взаимоотношениях знаменитого писателя и не менее знаменитого города.

В следующем году Британия будет отмечать 200-летие Диккенса, и по этому поводу будет масса мероприятий и празднований. В Британии Диккенса до сих пор проходят в школах, считают классиком, наравне с Шекспиром, и в общем-то вполне заслуженно. В СССР он долгое время был классовым классиком, простите за каламбур, потом этот ореол улетучился, но налет нравоучительности и длинноты вокруг его книг остался. Помню, как в университете мучил "Холодный дом" и "Домби и сына", но так и не домучил. Уже в Лондоне прочитал "Повесть о двух городах", и теперь это одна из моих самых любимых книг. Ну и по экранизациям знаю "Оливера Твиста", "Николаса Никльби" и "Рождественскую песнь".

Во всех его книгах есть надлом человеческих душ, страдания и рефлексия. Именно это чувства охватывают и на выставке про Диккенса и викторианский Лондон, которые неразрывно связаны друг с другом.

Тон всему настроению задают огромные экраны, на которых то исчезают, то появляются вновь из густого, как гороховый суп, лондонского тумана часы и фонари. Глядя на карту диккенсовского Лондона, посетители узнают о тех "болевых" точках города, на которые писатель неустанно обращал свое внимание в своей общественной деятельности - от долговых тюрем до "потогонных" фабрик с использованием детского труда.

Собранные из коллекции самого Музея Лондона, а также музеев Виктории и Альберта, музея Чарльза Диккенса и частных коллекций экспонаты рассказывают и о заботе писателя о "падших женщинах", которым он помог обрести новый старт в жизни и переселиться в Австралию, и о борьбе с бюрократией, для символического обозначения которой Диккенс придумал и по сей день использующийся термин "красная лента" (red tape) - в Англии в те времена красными лентами перевязывали официальные бумаги.



Страдавший бессоницей Диккенс, имел привычку гулять в одиночестве по ночным улицам Лондона. В ходе этих ночных прогулок он сумел познать город совершенно с другой стороны, приобрести энциклопедические знания о нем и его обитателях, подслушать их разговоры на разных диалектах и придумать новые сюжетные линии для своих книг.

Не обошли вниманием создатели экспозиции и тему смерти - ей посвящен целый зал, где подробно описываются похоронные ритуалы и скорбные процессии, которые не раз переживала каждая английская семья того времени, включая семью самого Диккенса, не говоря уже о героях его книг.

Постояв за письменным столом писателя, окунаешься в атмосферу викторианского дома и жизни викторианской семьи с ее традициями, узнает о том, что романы Диккенса публиковались в виде журнальных книжек с продолжением, поэтому он постоянно был вынужден работать "под дедлайны". Есть на выставке возможность полистать факсимильные издания этих журналов, увидеть рукописи диккенсовских романов и посмотреть в стереоочки на объемные картинки - одно из любимых развлечений викторианского дома.

Диккенс жил в эпоху грандиозного научно-технического прогресса и открытий - от парохода до телеграфа, что не могло не отразиться в экспонатах выставки. Карта телеграфной связи на стене одного из залов простирается до самого Крыма, равно как и популярность книг самого Диккенса. Русский перевод его "Посмертных записок Пиквикского клуба" был найден в 1855 году под Севастополем на месте одного из сражений Крымской войны.

Другие диккенсовские мероприятия к 200-летию писателя

- В дни Рождества телекомпания BBC покажет новый трехсерийный фильм-экранизацию романа "Большие ожидания", где играют, среди прочих, Джиллиан Андерсон и Дэвид Суше. Платья Андерсон из фильма вывешены в фойе музея рядом с рождественской елкой, украшенной в традиционном стиле.
- В Британской библиотеке в конце ноября открылась выставка "Погоня за призраками: Чарльз Диккенс и сверхъестественное", где рассказано о любви писателя к необъяснимым феноменам, которые он включал в свои произведения, где они порой причудливым образом сочетались с научно-техническими достижениями его эпохи.
- Королевский монетный двор в начале декабря представил юбилейную двухфунтовую монету в честь Диккенса. На ней изображен узнаваемый профиль писателя с характерной бородой, но составлен он из названий его произведений. Автором дизайна стал Мэттью Дент, который придумал нынешние британские монеты-паззлы.
glamour

Анна Каренина International

В русскоязычной общине Лондона этой осенью новая мода - сниматься в массовке очередного, тридцать какого-то по счету кинопрочтения "Анны Карениной". Первые приглашения на кастинг мне стали приходить еще в августе или начале сентября, но я то усиленно работал, то был в заслуженном отпуске, поэтому ни о какой "Анне Карениной" и не помышлял. Да и что мне массовка, тем более что мужчин просили отращивать бороду и не стричься. Потом начались съёмки и всё больше друзей и коллег стали рассказывать о своих переодеваниях и встречах с Кирой Найтли, Аароном Джонсоном, Джудом Лоу и прочими британскими знаменитостями.

Борода к тому времени отросла у меня сама собой, и всё-таки в конце концов мы с друзьями тоже решили попробоваться - вдруг всё-таки повезёт? Тем более, что в кино я мечтал сниматься с детства, после прочтения книжки "Четвёртая высота" и просмотра кинофильмов о Шерлоке Холмсе, и даже в начале 1990-х добился постановки на детский учёт в актёрский отдел "Мосфильма". Но мечте было суждено осуществиться лишь через 20 лет, в совсем другой стране...

Опустив подробности, скажу сразу: меня отобрали. Сниматься предстояло в железнодорожном музее Дидкота в графстве Оксофордшир, но сначала - примерка костюма. Опытные костюмеры, уже много лет работающие с массовкой, сразу определяют типаж каждого кандидата, исходя из списка необходимых ролей. Крестьянским или разночинским лицом я не вышел, поэтому пришлось быть пассажиром первого класса. Несмотря на всю придирчивость костюмеров к качеству примерки, подбирают то, что подходит, а не то, что нравится, но мне повезло: ничего не жало, не натирало и не давило (хотя другие жаловались с непривычки). Более того, надо мной даже немножко "поколдовали", откопав откуда-то розовую рубашку ("It WILL be a fashion statement!"), а вместе с ней - шерстяные брюки на подтяжках, жилетку, галстук, воротничок, серый сюртук, пальто с воротником из кролика и настоящий чёрный цилиндр!

Особо примечательная мне досталась трость. В какой-то момент я обнаружил, что в ней спрятана шпага, а реквизитор рассказал, что с этой тростью снимался Джуд Лоу в роли доктора Ватсона в "Шерлоке Холмсе" Гая Ричи, и наказал мне её хорошенько беречь. А я понял, что от судьбы и здесь не уйти :)





В таком виде мне и предстояло сниматься в течение ближайших дней. После первого дня я настолько привык к костюму, что даже показалось, что что-то забыл надеть :) Борода у меня была своя, волосы лишь слегка укладывали. А вот лысым и гладко выбритым, а также женщинам пришлось несладко: их одевание длилось намного дольше из-за париков, накладных усов и бакенбардов, а также многослойных юбок с корсетами. Нам сразу сказали, что для роли "экстра" (так называется массовка на кастинговом сленге) "не ты носишь костюм, а костюм носит тебя".

Мы должны были создавать атмосферу, колорит и толпу на железнодорожной станции со странным названием "МОСКВД" (нам сказали, что так для англоязычного зрителя выглядит понятнее), куда приезжал после переезда по Сибири поезд из города Сант-Петервуря, привезший в себе Анну Каренину (Кира Найтли), а заодно и княгиню Вронскую (Оливия Уильямс). Их встречали на перроне танцующий Вронский (Аарон Джонсон) и Стива Облонский (Мэтью Макфэдьен). Мне довелось сняться в добром десятке сцен, где я ходил по платформе, объяснял женщинам дорогу, отводил впавшую в полуобморок от вида задавленного обходчика пассажирку, ходил позади поезда, мимо Анны Карениной, поворачивался за Вронским, выглядывал из-за спины Стивы и много что еще. Венцом всего стала сцена объяснения Анны с Вронским у поезда в чистом поле, где были наметены горы пенопластового снега, дул пронзительный ветер из пушки, а в лицо била пенистая метель, а мы шли вдоль поезда, кутаясь в воротники и придерживая шляпы - вид русской зимы архетипно сработал где-то внутри, и я реально почувствовал себя замерзшим. А может, под конец проснулся всё-таки во мне Станиславский :)

Это был первый раз, когда я увидел, как делается кино изнутри. Скажу честно, несмотря на все "клюквенные" проколы с воссозданием исторической обстановки (в конце концов в советском "Шерлоке Холмсе" кэбы тоже ездят по правой стороне!), я намного больше зауважал труд кинематографистов. Свои бюджеты они отрабатывают сполна. Рабочий день с 5-6 утра до 9-10 вечера, каждый знает своё место и время, четко и быстро делает свой маленький кусочек работы в этом муравейнике под названием "съемочная площадка". Гримеры и костюмеры сдувают пылинки с каждого участника массовки, хотя в кадр могут попасть лишь его ноги, скажем. Планы режиссера меняются ежеминутно, хлопушка отбивает дубли, а актеры - и звёзды, и массовка - терпеливо выполняют все указания. Волей-неволей вспомнишь об этом, когда в следующий раз придется писать о кино и потянется рука покатить бочку на работников "фабрики грёз".

Впервые увидел киношную кровь. Причём без сахара (видимо, чтобы не прилипала). И человеческие внутренности (роль которых играют свиные напополам с пластиком). Поразился цинизму реквизиторов ("Я положила ему сверху еще кусок печени"), а потом понял, что иначе свихнёшься, если не шутить.

С собой на съемочную площадку нельзя брать ничего, телефоны и камеры запрещены строго-настрого, поэтому фоток заснеженного поезда и Киры Найтли вам не покажу. Большую часть времени за эти дни мы провели в станционном зале ожидания. Один из снимавшихся, рассказывая потом кому-то по телефону, в чем заключалась его работа, очень метко описал, что "главная работа заключается в том, чтобы сидеть и ждать". Но за это время ожидания мы все (а это 120 человек) перезнакомились друг с другом и нашли немало интересных собеседников. Пути кастинга неисповедимы, поэтому на съемочной площадке оказались люди самых разных возрастов, национальностей и профессий - от американского писателя-драматурга до белорусского музыканта, от английского педагога по речи до литовской студентки, от греческой актрисы до латышского супервайзера в сэндвичной и так далее. Непосредственно россиян было примерно процентов 20, русскоязычных - может быть, половина от всех. За эти дни я успел поговорить о карпатских карстовых озерах, итальянском неореализме, православии в Польше, университетах Оксфорда и еще многих-многих-многих самых невероятных материях. Пожалуй, встреченные за эти дни люди оказались самым неожиданным и самым приятным сюрпризом этих съёмок.

Ну и не менее десяти раз пришлось объяснить людям, включая россиян с высшим образованием, о чем идет речь в "Анне Карениной" в целом и в конкретных сценах, когда и где происходит действие романа, и как он связан с Англией. Это, конечно, немного удручает, особенно учитывая, что его называли одной из самых популярных мировых книг. Но что там придумали режиссер Джо Райт и сценарист Том Стоппард - остается только догадываться. Говорят, что они разделили события романа на два мира: Анна Каренина с Вронским живут в театрально-фантазийном, а Левин и Китти - в реальном. Как оно будет выглядеть на экране - увидим в августе 2012-го, а пока можно перевернуть еще одну страницу в толстой и далеко не законченной книге жизненного опыта.
valina

Не-про-чтение

Вот это фото я сделал сегодня вечером в вагоне лондонского метро, которое традиционно является передвижной избой-читальней столицы. Читают книги, учебники, документы и, конечно же, газеты и журналы. Ну естественно, скажете вы, как ещё может выглядеть литературно-книжно-издательская столица мира, где вручают Букеровские премии и проводят опросы про 100 лучших книг всёх времён и народов?



На коленях у меня в это время лежала лондонская газета Evening Standard, которая при Лебедеве еще больше стала славиться громкими социальными расследованиями. И эта газета сегодня опубликовала, на мой взгляд, самый шокирующий материал за все время моей жизни в Великобритании. И это не какое-то преступление, не политический скандал и не откровения поп-звёзд. Это всего-навсего статистика по грамотности населения и исследование того, как британцы учат детей чтению. Учат, как выясняется, очень неважно...

Я вполне понимаю, почему газета вышла с черно-белой вывороткой на первой полосе, ибо посыпать голову пеплом есть за что. А именно:

- Каждый третий ребёнок в столице не имеет ни одной собственной книги
- Каждый четвёртый ребёнок в возрасте 11 лет (по окончании начальной школы) не может нормально читать и писать
- Каждый пятый ученик лондонских школ имеет отставания в обучении, такие как дислексия
- Каждый пятый выпусник школы не может уверенно читать

Когда в одной из школ учитель попросил детей принести книги из дома, один мальчик принёс каталог из магазина Argos, сказав, что это единственная книга, которая нашлась в доме...

В Лондоне примерно миллион взрослых людей не могут уверенно читать и понимать прочитанное. Пять процентов взрослого населения Англии имеют уровень грамотности на уровне 7-летнего ребенка. При этом 85% детей в возрасте 8-15 лет имеют игровую приставку и 81% - мобильные телефоны.

Причин растущей неграмотности масса: 1) большое количество иммигрантских семей, где взрослые сами зачастую плохо владеют английским языком, 2) распространение компьютерных технологий, 3) недостаток внимания детям со стороны родителей. Продолжать можете сами, но видно, что причины и социальные, и экономические, и культурные.

Казалось бы: ну и что, ребёнок не читает. Но в итоге ребёнок вырастает, и не может грамотно составить письмо, не может разобраться в таблице, расписании, счёте или контракте, не может заполнить документы на работе. Звучит иронично, но даже грамотно составить заявление на получение социального пособия - а именно в кандидаты на бенефиты прямая дорога вчерашним неграмотным школьникам. Самый высокий процент неграмотности - 48% - среди заключённых тюрем. В общем, получается порочный круг...

Не знаю, есть ли подобная статистика по Москве и по России, насколько она удручающа по сравнению с лондонской и британской, и каковы причины этого. А может, и не стоит так убиваться по поводу неграмотности, и это просто тенденция развития современного общества, которое по-другому получает и обрабатывает информацию? Ответить на эти вопросы и поразмышлять на эту тему предлагаю вам.
phone_booth

Cockney rhymes

Королеве Великобритании Елизавете Второй часто приписывают симпатию к диалекту кокни - жителей лондонского Ист-энда. Пожалуй, самым ярким и интересным примером "кокни-сленга" являются рифмованные выражения для обозначения повседневных предметов и явлений.

Причём, сами рифмы - это кусочки британских реалий, старых и новых. Кокни-сленг, возникший в середине 19 века как "секретный язык" (что-то вроде языка офеней в России), сейчас превратился в шутливую забаву и отражение массовой культуры. Но энтузиасты составляют и пополняют специальные словари, где уже есть свои синонимы, неологизмы и рейтинги популярности.

Среди примеров самых известных рифм, которые уже вошли даже в канонический Оксфордский словарь, это "apples and pears" (for 'stairs') или "Rose Lee" (for 'tea').

Две основные модели рифм - это "что-то и что-то" либо же имя какой-то знаменитости, как например здесь Роуз Ли, американская звезда бурлеска.

Рифмы кокни можно найти во многих фильмах и сериалах, например, в "EastEnders", "Italian Job", "Карты, деньги, два ствола" и так далее.

Но при чём тут королева, спросите вы? А я отвечу. На прошлой неделе многие британцы позабавились над тем, как Её Величество, неофициально известная как "baked bean" (for 'Queen'), побывала на знаменитой фабрике по производству этой самой фасоли в томатном соусе - Heinz Baked Beans.



Из других примечательных рифм сленга кокни можно вспомнить "pig's ear" (for 'beer'). В глубине улиц Челси есть очень хороший паб, пожалуй, мой любимый теперь паб в Лондоне (открытый благодаря wegg) под названием "Pig's Ear". Там подают не только реальные свинячьи ушки, запечённые в сухарях (а для собак можно за фунт купить и сырые), но и специальную марку светлого пива, которое так и называется "Pig's Ear".

Нашла своё отражение в рифмах кокни и британская кухня. Например "sausage and mash" - это cash, "bacon and eggs" - это legs, а "mince pies" - это eyes.

Горячую любовь к женщинам жители Ист-энда воплотили в таких поэтических выражениях, как "skin and blister" (for 'sister') или "trouble and strife" (for 'wife'). Жену также ассоциируют теперь и с многоразовой сумкой для супермаркетов - "bag for life". Нет предела острословию, как говорится :)